The Fall of the House of Usher

Майк Флэниган за последнее десятилетие превратился в главного хранителя литературного хоррора на экране. «Призраки дома на холме», «Полуночная месса», «Игра Джеральда» — каждый его проект отличается вниманием к тексту, к психологическому объёму персонажей и к тому, как ужас может быть одновременно красивым и разрушительным. «Падение дома Ашеров» — его самый амбициозный телевизионный проект: восемь серий, в каждой из которых зашита отсылка к конкретному произведению Эдгара Аллана По.

Флэниган берёт романы, рассказы и стихи По и вплетает их в единый нарратив, разворачивающийся с 1953 по 2023 год. В центре — история семьи Ашер: фармацевтический магнат Родерик и его сестра Мадлен выстраивали империю, не брезгуя ничем. Шестеро детей Родерика умирают один за другим — и каждая смерть отражает одно из произведений По. Сериал был встречен восторженными рецензиями: критики отмечали редкую по нынешним временам сложность сторителлинга, богатство монологов и способность Флэнигана превращать жанровую форму в высказывание о власти, семье и смерти.

Музыку к сериалу написали Newton Brothers — многолетние соавторы Флэнигана, сопровождающие его проекты начиная с «Уджу». Их партитура к «Дому Ашеров» — одна из самых зрелых работ дуэта. Она живёт сразу в нескольких измерениях, отражая многоуровневость самого сериала.

Оркестр здесь звучит одновременно торжественно и траурно. Massive широкие оркестровые волны накрывают слушателя, словно шторм, — а потом неожиданно отступают, оставляя пространство для хрупкой фортепианной темы или одинокой виолончели. Newton Brothers хорошо умеют работать с контрастом: громкое здесь не просто громкое, а тихое — не просто тихое. Динамика выстроена так, что каждый перепад ощущается физически.

Готическое измерение партитуры — самое очевидное. Органные педальные тоны, медные духовые в низком регистре, хоровые унисоны, которые звучат не как молитва, а как приговор. Но рядом с этим — неожиданная нежность. В семейных сценах, в воспоминаниях, в моментах между персонажами, которые ещё не знают, чем всё кончится, музыка вдруг становится почти ласковой. Это не слабость — это точность. Флэниган всегда говорит, что его хоррор — про любовь, а не про страх. Newton Brothers слышат это.

Сравнения напрашиваются — и с Бернард Херрманном, и с Говардом Шором в его готических регистрах — но Newton Brothers не подражают. У них собственный почерк: более современный, с электронными текстурами, вплетёнными в оркестровую ткань настолько органично, что понять, где заканчивается живой инструмент и начинается синтез, почти невозможно.

Waxwork Records выпускают эту партитуру на двух дисках из морского зелёного винила весом 150 граммов — и цвет здесь выбран не случайно. Морской зелёный — это цвет плесени, патины, чего-то древнего и медленно разрушающегося. Именно такова история семьи Ашер: величественная и гниющая изнутри. Оформление разработано дизайнером Мэттом Ниллом, известным своими работами для других издательских проектов Waxwork. Тяжёлый гейтфолд с матово-сатиновым покрытием, вставки с кадрами со съёмочной площадки, подробное оформление — всё на уровне, который давно стал стандартом лейбла.

Для коллекционеров, которые следят за творчеством Флэнигана, — это пластинка, которая закрывает важный этап его работы. Для поклонников Эдгара Аллана По — редкая возможность услышать, как его мир звучит в руках людей, которые его действительно прочитали. А для всех, кто ценит симфонический хоррор с характером и умом, — одна из лучших телевизионных партитур последних лет в идеальной физической форме.