Seconds

Джон Франкенхеймер в середине 1960-х работал на пике формы: «Маньчжурский кандидат», «Семь дней в мае», «Гранд-при» — кино острое, неудобное, политически заряженное. «Секунды» (Seconds, 1966) выбиваются из этого ряда по жанру, но не по интенсивности. Это один из самых жутких фильмов о современной идентичности, снятых в американском кино: состоятельный человек средних лет соглашается на процедуру, которая инсценирует его смерть, даёт ему новое лицо и новую жизнь с нуля. Рок Хадсон — в роли, полностью противоположной его обычному экранному образу — играет человека, который обнаруживает, что никакая новая оболочка не избавляет от внутренней пустоты.

Джерри Голдсмит, которому на момент съёмок было тридцать семь лет, получил для этого фильма задачу исключительной сложности: написать музыку к истории, где сам факт реальности поставлен под сомнение. К тому времени он уже зарекомендовал себя на телевидении сериями «Сумеречной зоны» и успел написать несколько значительных киносаундтреков, включая партитуру к «Фрейду» — прямому предшественнику психологической линии «Секунд». Именно этот опыт работы с недостоверной реальностью и расщеплённой психикой оказался здесь ключевым.

Музыка Голдсмита к «Секундам» — один из его самых смелых ранних опусов. Партитура строится на разрыве: с одной стороны — почти хоральная, торжественная музыка, напоминающая о религиозных ритуалах и обещаниях вечности; с другой — тёмная, тревожная, разъедающая изнутри. Этот контраст сакрального и профанного — не просто стилистический приём, а смысловой ключ к фильму. Корпорация, предлагающая «вторую жизнь», апеллирует к тем же желаниям, что и религия: избежать смерти, начать заново, стать другим. Голдсмит это слышит и разворачивает в музыке.

Оркестровка нестандартна для своего времени: композитор ищет специфические тембры, избегая привычных голливудских решений. Хоровые элементы появляются не как украшение, а как смысловой контрапункт. Струнные ведут себя непредсказуемо — то обволакивают теплом, то режут диссонансом. Это музыка, которая не даёт слушателю устроиться удобно: как только возникает ощущение почвы под ногами, что-то сдвигается.

Отдельного внимания заслуживает продолжительный эпизод коктейльной вечеринки — источниковая музыка, специально написанная и записанная под управлением самого Голдсмита для конкретной сцены. В нынешнем издании она включена как бонусный материал и добавляет контекст: слышно, как тщательно Голдсмит простраивал звуковую среду фильма в целом, не ограничиваясь только оркестровой партитурой.

Quartet Records проделали работу, которая стала возможной благодаря технологиям, не существовавшим ещё десять лет назад. Оригинальные мастер-ленты сессий не сохранились — единственными доступными источниками оставались моно-стемы с неизбежными артефактами: просачивающимися диалогами, шумами. Крис Мэлон, занимавшийся реставрацией и мастерингом, применил современные инструменты шумоподавления и устранения помех, существенно улучшив результат по сравнению с предыдущим изданием на La-La Land Records (выпущенным тринадцать лет назад в паре с другим саундтреком Голдсмита). Теперь это звучит так близко к оригинальному авторскому замыслу, насколько это технически возможно.

Технические характеристики издания говорят о высоких ожиданиях: 180-граммовый прозрачный виниловый пресс, скорость нарезки 45 RPM — это решение, которое используют, когда хотят передать максимум аудиодеталей. Тираж ограничен 500 экземплярами. В комплекте — 16-страничная буклет с аналитическими заметками Джона Такиса, авторитетного исследователя киномузыки.

«Секунды» — фильм, который не перестаёт быть актуальным: история о человеке, купившем себе новую жизнь и обнаружившем, что от себя не убежать, сегодня звучит, пожалуй, острее, чем в 1966-м. Музыка Голдсмита это понимала уже тогда. Для коллекционера это редкая возможность получить одну из лучших его ранних партитур в наилучшем из возможных изданий.