Music from The Mandalorian (Original Score)

Людвиг Горансон вошёл в мир «Звёздных войн» как чужак — и именно это сделало его работу революционной. Шведский композитор, прославившийся саундтреком к «Чёрной пантере» и творческим союзом с Дональдом Главером, взял в руки не привычный симфонический оркестр Джона Уильямса, а совершенно иной инструментарий: экзотические духовые, перкуссию со всего мира, синтезаторы, акустический бас — и создал звук, которого в этой вселенной прежде не существовало.

«Мандалорец» с первого эпизода задал новый тон для «Звёздных войн» как медиа. Это не история джедаев и ситхов, не космическая опера в классическом смысле — это вестерн в далёкой галактике, медлительный и молчаливый, с кодексом чести вместо Силы и детским смехом вместо пророчеств. Горансон уловил этот сдвиг безошибочно. Его главная тема — минималистичная, почти мантральная — звучит как раскалённый песок под ногами и одинокая фигура на горизонте. Повторяющийся мотив стал одной из самых запоминающихся музыкальных тем в телевизионной истории последнего десятилетия.

Основной тембровый словарь саундтрека первого сезона строится на контрасте. С одной стороны — бас-флейта и бас-кларнет, дающие нижний регистр холодный и тёмный, как ночь в пустыне. С другой — народные духовые инструменты из разных культур, придающие музыке ощущение бездомности, вечного странничества. Горансон записал множество музыкантов-этнографов, специализирующихся на редких инструментах, и этот выбор слышен в каждом треке: звук «Мандалорца» не привязан ни к одной конкретной традиции, он принадлежит всему и никому.

Ударные занимают в партитуре ключевое место. Не симфоническая перкуссия концертного зала, а живая, телесная, ритмически сложная — напоминающая о работе Горансона с хип-хоп продюсерами. В экшен-сценах эта перкуссия создаёт плотную ритмическую ткань, не теряя при этом мелодического измерения: даже самые агрессивные треки несут в себе внятные темы, а не просто шум.

Отдельные моменты первого сезона дали Горансону возможность развернуться в лирическую сторону. Сцены с Малышом (тем, кого позже назовут Грогу) сопровождаются музыкой почти колыбельной нежности: деревянные духовые, мягкий оркестровый фон, темы, в которых слышна беззащитность и одновременно — нечто древнее, глубокое. Этот баланс между суровостью вестерна и детской уязвимостью — одна из лучших находок всей партитуры.

Японское виниловое издание — особенный релиз. Оно приурочено к театральному выходу фильма «Звёздные войны: Мандалорец и Грогу» и стало первым японским изданием с оригинальным японским дизайном конверта. Коричневый цветной винил — решение одновременно эстетическое и символическое: именно такого цвета песок планеты Неварро, где начинается история. Лимитированный тираж и уникальный визуальный облик делают его желанным объектом для коллекционеров как в Японии, так и за её пределами.

Для поклонников «Мандалорца» это способ оставить у себя дома частицу того звукового мира, который сделал сериал чем-то большим, чем просто телешоу. Для ценителей современной кино- и телевизионной музыки — свидетельство того, что большая франшиза способна рождать подлинно новаторский саундтрек. Горансон доказал: в «Звёздных войнах» ещё есть неоткрытые планеты — и на одной из них играет совсем другая музыка.